• Главная
  • Статьи
  • Кем был «отец» криптоиндустрии Тим Мэй и что останется после его смерти

    Кем был «отец» криптоиндустрии Тим Мэй и что останется после его смерти

    White paper биткоина многие считают точкой отсчета в истории криптовалют. Но сама их идея зародилась задолго до этого – в голове писателя Тимоти Мэя. На прошлой неделе в возрасте 67 лет он скончался. LetKnow.News решил напомнить криптосообщесту, кому оно обязано своим существованием.

    Facebook разрабатывает криптовалюту, рынок восстанавливается, Tether подтвердил резервы – только короткий список новостей, которые разошлись по всем СМИ на прошлой неделе. Среди них почти незамеченной осталась одна – смерть автора книги «Манифест криптоанархиста» Тимоти Мэя, которого называют «отцом» идеи криптовалют.

    Поклонники Мэя называют его также предвестником того, что может произойти с технологией блокчейн, если она попадет в «не те руки».

    «Я не могу говорить о том, что Сатоши хотел сделать. Но я уверен, что его идея не содержала биткоин-биржи с драконовскими правилами KYC, AML, паспортный контроль, заморозку счетов и сообщения о «подозрительной активности» в местную секретную полицию. Существует реальная возможность того, что весь этот шум по поводу «администрирования», «регулирования» и «блокчейна» создаст государство, которое будет следить за каждым – досье общества», – заявил Мэй незадолго до своей смерти.

    По словам товарища писателя Лаки Грин, автор сумел построить идею, которая предопределит позицию сотни тысяч поклонников не только криптовалют, но и технологии в целом.

    Mayday

    Тим Мэй родился в 1951 году в США. За свою жизнь он построил блестящую карьеру, вершиной которой была работа в компании Intel. Тут Мэй числился инженером и старшим научным сотрудником. Он помог нынешнему технологичному гиганту разрешить «проблему альфа-частиц», которая мешала развитию интегральных схем. За это его удостоили премии IEEE имени Baker в 1981 году.

    Через пять лет он покинул Intel и начал активно работать над идеей криптовалют. В этом ему помог огромный технический опыт.

    «Тимоти Мэй был одним из первых апологетов и исследователей науки, которая начала развивать тематику криптошифрования. Более того он поднял аспекты темы хозяйственной и экономической деятельности людей, да и вообще социума после того, как в жизнь будут претворены возможности криптографической коммуникации. То есть, несмотря на то, что он был ученым технарем, он поднимал достаточно сильные и важные гуманитарные вопросы. По сути, он был первым, кто сумел структурировать все эти данные», – объясняет сооснователь Future Times Алексей Поспехов.

    Правда, по словам эксперта, «отцом» криптовалют называть Мэя не совсем корректно. Ведь он описывал саму природу экономических отношений людей, не углубляясь в сугубо «криптовалютные вопросы».

    С другой стороны, еще только предстоит оценить вклад Мэя в развитие технологий.

    «Я считаю преждевременно делать какие-то утверждения. Есть у людей привычка сразу после смерти короновать тех, кого до этого не замечали. Вы заметили обсуждение Тимоти Мэя на биткоинтолке до его смерти? Нет», – говорит сооснователь проектов Fatcats.market и ValueHunters.com Николай Мохов.

    Он считает, что философия – это непрерывный процесс, который начался задолго до Мэя и будет продолжаться еще долго.

    «Есть развитие человеческой мысли. На человеческую мысль влияли и Аристотель, и Гоббс, и Вольтер. Сегодня некоторые взгляды Гоббса или Вольтера вам покажутся дикими. Однако именно они сильно повлияли на современный мир, на современную политику и экономику. И мне кажется, что Тимоти Мэй внес такой же вклад в человеческую мысль. И влияние его идей будет заметно спустя столетия. Сейчас это высказывание многим покажется смешным, многие и имя-то его не знают. Кто такой Тимоти Мэй, спроси у чувака, который только что купил 1000 BTC. Он тебе и не ответит. Но так этот человек Гоббса и Вольтера не читал», – говорит Николай Мохов.

    Тем более тот же создатель биткоина – Сатоши Накамото – не захотел открывать свою личность миру. И это тоже часть идеи.

    «Создатель биткоина предпочел анонимность. И это очень круто. Он собственным примером показал, что человек, зачавший огромную индустрию, может сохранить свое право на анонимность. И государство беспомощно в попытках понять — а кто же это был. Государство остается в дураках. Поэтому мне кажется противоречит самим идеям криптопанков назначать даже духовного отца или, если хотите, идейного отца криптовалютам», – объясняет Николай Мохов.

    Но если об «отцовстве» еще идут споры, то в одном точно есть согласие – Мэй основатель идеи криптоанархизма как таковой. В 1988 году он опубликовал

    «Манифест криптоанархиста» – труд всего в 500 слов. Но именно он определил точное видение будущего развития технологии. Мэй писал, что компьютерные технологии полностью изменят природу государственного регулирования, налогообложения, экономическое взаимодействие, сохранность данных, как и саму природу доверия и репутации. И, конечно же, обычные граждане должны получить полную власть над собственными данными, как и полную анонимность.

    «Что касается концепции криптоанархизма, она представляет один из самых прорывных концептов в истории развития человечества. Потому что она позволяет технологически избавиться от посредников, за счет внедрения программного кода. И нам не нужно думать о том, права ли система или нет. Люди просто получают свободу коммуникации и средства обмена между собой, не подверженные никакому контролю как со стороны государства, так и со стороны третьих лиц. И само внедрение таких, казалось бы, простых вещей, сильно может изменить развитие истории, и человечества», – утверждает Алексей Поспехов.

    Более того, Тимоти Мэй – прекрасный пример того, как с помощью слова можно создать целый виток в истории человечества.

    «Мы слишком близки к явлению, мы слишком внутри, чтобы обсуждать вклад Тимоти Мэя в современный мир. Однако лично для меня он и его соратники пример того, как группа маргиналов с помощью только слов и простейших инструментов, без бюджетов могут создать целый мир, в который будут вовлечены по меньшей мере десятки миллионов человек. И когда говорят, что идея ничего не стоит — стоит чего-то только реализация, я вспоминаю таких людей как Тимоти Мэй», – говорит Николай Мохов.

    Однако не стоит забывать, что криптоанархизм – это прежде всего право на приватность. В конституции любой страны можно найти право на что угодно, кроме приватности.

    «Мне лично не хватает в современном обществе права на приватность. В первую очередь финансовую. А также на приватность общения. У современного европейца и у современного американца два этих права пытаются отобрать. Хотите дать денег кому-то? Обоснуйте государству свои действия: докажите, что деньги законны и вы их по законному праву передаете. Текущие правила нарушают мое право на приватность», – объясняет Николай Мохов.

    Что дальше

    Мэй ушел, но его идеи остались. Правда, криптоэнтузиасты вынуждены каждый день за них бороться. Особенно учитывая «нос» государства, который оно сует во все сферы жизни человека. А потому все чаще появляется вопрос о реальности внедрения идей Мэя в нынешних условиях.

    «Объективно — сложно. Офлайн мир находится под контролем государства, а в онлайне мы имеем маленькие островки приватности. Частную переписку мы научились защищать, а вот с анонимной торговлей дела обстоят хуже. Хотя сам я занимаюсь последним и возможно поэтому вижу в основном трудности и сложности. Паша Дуров занимается защитой частной переписки, и он возможно скажет, что там все гораздо сложнее, чем с анонимной торговлей», – говорит Николай Мохов.

    Другая проблема в том, что люди тянутся к простым и понятным вещам. Тот же интернет получил массовое распространение только благодаря простоте. Но и он когда-то был всего лишь идей небольшой группы лиц.

    «Если говорить о внедрении в текущем состоянии, то одна из главных проблематик, которая стоит перед индустрией, заключается только в том, что мы наблюдаем зачаточное состояние имплементации самыми продвинутыми членами общества в силу технической сложности этого решения. Можно сравнить с автомобилями. 100 лет назад, чтобы им управлять необходимо было иметь множество знаний, включая механику, инженерию и т.д. Сейчас же человеку вообще не нужно знать, как работает автомобиль, чтобы им управлять. Следовательно, для массового распространения криптоанархизма нужно, чтобы сложные технологии обернулись простыми интерфейсами», – утверждает Алексей Поспехов.

    С каждым простым применением технологии к ней будет примыкать все больше людей. И вполне возможно, что в будущем заветные мечты криптоанархистов сбудутся, и власти больше не смогут указывать кому, и что делать. Все как говорил Тимоти Мэй.  

    Автор: Алексей Рябуха

    Поделиться: